История

«Кубанькино» в 90-е: как это было

 

Геннадий Иванович Дубров возглавлял «Кубанькино» в самые тяжелые для искусства годы: Советский Союз распался, было неясно не то, что как творить, но и как жить дальше. В это время учреждение не только сумело удержаться на плаву, но и умножило фильмофонд, кинотеатр завоевал популярность у зрителей как место, где можно смотреть интеллектуальное, «умное» кино.

 

Геннадий Иванович, расскажите, как Вы пришли в «Кубанькино»? Какими были первые воспоминания?

 

- Я проработал в киноотрасли 16 лет. Пришел в кино в эпоху рыночных перемен, становления рынка в кино. Это было необычно, не всем понято, но мне приходилось в этих условиях начинать работать. Сначала был здесь «Крайкиновидеофонд» при департаменте краевом, потом много раз его меняли, перебрасывали то в Департамент культуры, то опять восстанавливали в системе Госкино, а потом, в 1991 году, решили, что это огромная монополия. Всем кинотеатрам дали статус юридического лица, они ушли в муниципальную собственность. Всем прокатам, которые являлись отделениями, тоже дали статус юридического лица и они стали самостоятельными. А здесь, на базе краевого кинопроката, было организовано ГУП «Кубанькино». Тогда я и был утвержден департаментом на должность директора. Все это – 1991 год. Тогда была система кинорынков в Москве, была аккредитация на кинорынках, и там же происходили закупки фильмофонда. Выручку от проката фильма делили. 20 процентов кинотеатру, к примеру, 50 – государству, 15-20 процентов оставляли прокату для жизни. Устоявшаяся система была поломана. Надо было сначала отдавать деньги, а потом мучительно добывать их в кинотеатрах, чем мы и занимались в ранге ГУП «Кубанькино».

Что для Вас значит работа в кино? Что Вам нравится в этой отрасли?

– Это была тяжелая, трудная работа. Потому, что надо было добывать деньги, содержать людей, платить им зарплату, и, в то же время, пополнять фильмофонд, чтобы было, что предложить кинотеатрам. Вот в этой сложной обстановке приходилось работать тому составу сотрудников «Кубанькино». Сейчас ситуация кардинально изменилась. Мы ведь были единственное прокатное государственное предприятие, которое не получало дотаций.  Семь лет мы вообще не получали ни копейки. Первое, что мы сделали – это открыли три кинозала здесь, и начали показывать детское кино. Это было в 1995 году. Причем кинозалы мы открывали самостоятельно, никаких централизованных поставок аппаратуры не было. Надо было самим принимать решения, и мы несли за это ответственность. Мы наладили взаимодействие со школами, были сеансы по учебной программе, тематические – к государственным праздникам. Мы подборку делали национальных фильмов, связанных с проведением фестивального показа. Самое интересное, что когда наши мастера без дела оказались, отечественное кино когда оказалось без производства – мы как-то его немножко поддержали, в «Кубанькино» проводили всероссийские фестивали комедийно-музыкальных фильмов, здесь прошло два фестиваля – в 1993 и в 1995 году. Здесь было очень много артистов. В частности, Сурикова Алла, которая была президентом нашего фестиваля, Афоня знаменитый (Леонид Куравлев). Он был одно время председателем жюри второго фестиваля, в 1995 – Борис Грачевский здесь был. Все это воодушевляло коллектив, ведь мы общались с артистами, с киномастерами! Мы обеспечивали полностью фильмами и Адыгею, и всю округу.

 

В такое нелегкое время как Вы подбирали репертуар? Ориентировались, прежде всего, на коммерческую перспективу фильма?

 

– Был просмотр продаваемого фильма. И мы уже, исходя из своего впечатления о том, или ином фильме начинали торговаться с владельцами. На первых кинорынках был один владелец, это «Госкино» со своим фильмофондом, в том числе иностранным, закупаемым за границей, а потом на кинорынке появилось уже 56 продавцов. Из значимых таких закупок у нас был кинофильм «Титаник». То есть получилось как… Мне никто не верил, что фильм может быть окупаемым. Наш традиционный партнер был «Юг-Инвестбанк». И директор говорил, что не даст мне кредит. Мол, в кино никто не ходит, где я потом деньги свои искать буду? Но потом дал мне 70 тысяч кредита. Это большие деньги были по тем временам. Я купил две копии с правом показа по всему Краснодарскому краю, включая Сочи. И мы заработали один миллион рублей в итоге, за 2-3 года проката. Я купил потом еще одну копию, у нас их было всего три, одна была очень плохая и «измочаленная», но все равно работала. Этот фильм в районных центрах давал примерно месячную программу дохода за 2-3 сеанса, за один день.  Мы по расписанию отправляли по всему краю, и люди ждали этот фильм, потому что от него зависела их зарплата. После этого нам охотнее стали давать кредиты, потому, что поверили в то, что мы способны их вернуть. Мы за счет собственных средств приобрели фильмофонд примерно на 2 миллиона рублей.  Сейчас проще, потому, что на это есть дотация краевая. Тогда все было на наш страх и риск. Но мы покупали все лучшее из того, что было на кинорынках Мы вспоминали в те трудные годы и ветеранов киноиндустрии. Они были брошенные, никому не нужные, кроме нас. Мы всегда на праздники, перед Новым годом их навещали, и они были очень благодарны. Эти встречи были очень волнительными и для нас, и для них. Они радовались, что мы о них помним. Это как-то поддерживало «кинобратство». Из всех гостей «Кубанькино» мне больше всего запомнилась Алла Сурикова, с которой мы провели два фестиваля «Улыбнись, Россия!». Этот фестиваль продолжает жить. Его название родилось здесь, в Краснодаре, в 1995 году. Сейчас это выездной проект. Он вернулся к нам где-то четыре года назад, потом опять ушел в другие города. Это мы здесь, в «Кубанькино»  заполучили единственную копию документального фильма «Краснодарское водохранилище» Анатолия Жиганова, она в фильмофонде сейчас. Это мы организовали встречу участников строительства Краснодарского водохранилища осенью 1997 года. Мы собрали почти 300 человек.

 

Каковы Ваши предпочтения в кино?

Мой любимый фильм, конечно, «Титаник». Не только потому, что он принес много денег. Это действительно крепкий фильм.